Телец, Орион, Большой пес

Могучая архитектура ночи!
Рабочий ангел купол повернул,
Вращающийся на древесных кронах,
И обозначились между стволами
Проемы черные, как в старой церкви,
Забытой богом и людьми. Но там
Взошли мои алмазные Плеяды.
Семь струн привязывает к ним Сапфо
И говорит: "Взошли мои алмазные Плеяды, А я одна в постели, я одна. Одна в постели!" Ниже и левей
В горячем персиковом блеске встали,
Как жертва у престола, золотые
Рога Тельца, и глаз его, горящий
Среди Гиад, как Ветхого завета
Еще одна скрижаль. Проходит время,
Но — что мне время?
Я терпелив, я подождать могу,
Пока взойдет за жертвенным Тельцом
Немыслимое чудо Ориона,
Как бабочка безумная, с купелью
В своих скрипучих проволочных лапках,
Где были крещены Земля и Солнце.
Я подожду, пока в лучах стеклянных
Сам Сириус — с египетской, загробной, собачьей головой —
Взойдет.
Мне раз еще увидеть суждено
Сверкающее это полотенце,
Божественную перемычку счастья,
И что бы люди там ни говорили —
Я доживу, переберу позвездно,
Пересчитаю их по каталогу,
Перечитаю их по книге ночи.


Арсений Тарковский. Стихотворения и поэмы.
Поэзия XX века.
Москва: Профиздат, 1998.