Потеря

Потеряла Россия в России Россию.
Она ищет себя, как иголку в стогу,
как слепая старуха, бессмысленно руки раскинув,
с причитаньями ищет буренку свою на лугу.
Мы сжигали иконы свои. Мы не верили собственным книгам.
Мы умели сражаться лишь с пришлой бедой.
Неужели не выжили мы лишь под собственным игом,
сами став для себя хуже, чем чужеземной ордой?
Неужели нам жить суждено то в маниловском, молью побитом халате,
то в тулупчике заячьем драном с плеча Пугача?
Неужели припадочность — это и есть наш характер,
то припадки гордыни, то самооплева — и все сгоряча?
Медный бунт, соляной и картофельный — это как сон безопасный.
Бунт сплошной — вот что Кремль сотрясает сегодня, как будто прибой.
Неужели единственный русский наш выбор злосчастный —
это или опричнина или разбой?
Самозванство сплошное. Сплошные вокруг атаманы.
Мы запутались, чьи имена и знамена несем,
и такие туманы в башках на Руси, растуманы,
что неправы все сразу, и все виноваты во всем.
Мы в туманах таких по колено в крови набродились.
Хватит, Боже, наказывать нас. Ты нас лучше прости, пожалей.
Неужели мы вымерли? Или еще не родились?
Мы рождаемся снова, а снова рождаться — еще тяжелей.
13 марта 1991

Евгений Евтушенко.
Ростов-на-Дону: Феникс, 1996.