Стихи Александра Кочеткова

В этом разделе собраны все стихотворения советского поэта и переводчика Александра Сергеевича Кочеткова.

Я разогнал собак. Она еще Жила. И крови не было заметно Снаружи. Наклонившись, я сперва Не разглядел, как страшно искалечен
Я разогнал собак. Она еще
Жила. И крови не было заметно
Снаружи. Наклонившись, я сперва
Не разглядел, как страшно искалечен
- Чижик-пыжик Это что ж Люди спят, а ты поешь - Чи-чи-чив Ти-ти Тью-тью Я для солнышка пою.
- Чижик-пыжик! Это что ж?
Люди спят, а ты поешь?
- Чи-чи-чив! Ти-ти! Тью-тью!
Я для солнышка пою.
Чеканка ночи стала резче. Сместился вверх воздушный пласт, И загудело все, и вещи Запели - кто во что горазд -
Чеканка ночи стала резче.
Сместился вверх воздушный пласт,
И загудело все, и вещи
Запели - кто во что горазд -
Тоска по дому... Облачной гряды Тускнеющие очертанья И тонкий лук кочевницы-звезды, Звенящий тетивой молчанья.
Тоска по дому... Облачной гряды
Тускнеющие очертанья
И тонкий лук кочевницы-звезды,
Звенящий тетивой молчанья.
Твои глаза всегда угрюмы, Но полыхающей игрой Проникновенье свежей думы Перебегает в них порой.
Твои глаза всегда угрюмы,
Но полыхающей игрой
Проникновенье свежей думы
Перебегает в них порой.
Так, молодости нет уж и в помине, От сердца страсть, как песня, далека, И жизнь суха, как пыльный жгут полыни, И, как полынь, горька.
Так, молодости нет уж и в помине,
От сердца страсть, как песня, далека,
И жизнь суха, как пыльный жгут полыни,
И, как полынь, горька.
Снова поишь вином соловьиным, Хлебом забвения кормишь нас - Ты - не последняя ли- лавиной Бурностремящаяся весна
Снова поишь вином соловьиным,
Хлебом забвения кормишь нас -
Ты - не последняя ли?- лавиной
Бурностремящаяся весна!
Свой первый трепет соловьиный Я поверял ее струне, И, ради нежной мандолины, Подруга улыбнулась мне.
Свой первый трепет соловьиный
Я поверял ее струне,
И, ради нежной мандолины,
Подруга улыбнулась мне.
Ни роковая кровь, ни жалость, ни желанье... Ревнивая тоска повинна лишь в одном: Хочу тебя увлечь в последнее молчанье, В последний сон души - и уничтожить в нем.
Ни роковая кровь, ни жалость, ни желанье...
Ревнивая тоска повинна лишь в одном:
Хочу тебя увлечь в последнее молчанье,
В последний сон души - и уничтожить в нем.
Проходит день своей дорогой, И солнце не смежает век. Как белый тур тяжелорогий, Над горной далью встал Казбек.
Проходит день своей дорогой,
И солнце не смежает век.
Как белый тур тяжелорогий,
Над горной далью встал Казбек.