Анна Андреевна Ахматова была признана классиком отечественной литературы еще в 20-е годы. Несмотря на то что, она позже была подвергнута замалчиванию и цензуре, но это не смогло сломить ее романтический дух.

. . . . . . . . . . . . . . . Я знаю, с места не сдвинуться Под тяжестью Виевых век. О, если бы вдруг откинуться
. . . . . . . . . . . . . . .
Я знаю, с места не сдвинуться
Под тяжестью Виевых век.
О, если бы вдруг откинуться
Я живу, как кукушка в часах, Не завидую птицам в лесах. Заведут - и кукую. Знаешь, долю такую
Я живу, как кукушка в часах,
Не завидую птицам в лесах.
Заведут - и кукую.
Знаешь, долю такую
Я гибель накликала милым, И гибли один за другим. О, горе мне Эти могилы Предсказаны словом моим.
Я гибель накликала милым,
И гибли один за другим.
О, горе мне! Эти могилы
Предсказаны словом моим.
В прошлое давно пути закрыты, И на что мне прошлое теперь Что там- окровавленные плиты Или замурованная дверь,
В прошлое давно пути закрыты,
И на что мне прошлое теперь?
Что там?- окровавленные плиты
Или замурованная дверь,
Это просто, это ясно, Это всякому понятно, Ты меня совсем не любишь, Не полюбишь никогда.
Это просто, это ясно,
Это всякому понятно,
Ты меня совсем не любишь,
Не полюбишь никогда.
Это и не старо и не ново, Ничего нет сказочного тут. Как Отрепьева и Пугачева, Так меня тринадцать лет клянут.
Это и не старо и не ново,
Ничего нет сказочного тут.
Как Отрепьева и Пугачева,
Так меня тринадцать лет клянут.
Эта встреча никем не воспета, И без песен печаль улеглась. Наступило прохладное лето, Словно новая жизнь началась.
Эта встреча никем не воспета,
И без песен печаль улеглась.
Наступило прохладное лето,
Словно новая жизнь началась.
Могла ли Биче словно Дант творить, Или Лаура жар любви восславить Я научила женщин говорить... Но, Боже, как их замолчать заставить
Могла ли Биче словно Дант творить,
Или Лаура жар любви восславить?
Я научила женщин говорить...
Но, Боже, как их замолчать заставить!
Широк и желт вечерний свет, Нежна апрельская прохлада. Ты опоздал на много лет, Но все-таки тебе я рада.
Широк и желт вечерний свет,
Нежна апрельская прохлада.
Ты опоздал на много лет,
Но все-таки тебе я рада.
Из сожженной тетради And thou art distant in humanity. Keats Вместо праздничного поздравленья Этот ветер, жесткий и сухой, Принесет вам только запах тленья,
Из сожженной тетради And thou art distant in humanity. Keats
Вместо праздничного поздравленья
Этот ветер, жесткий и сухой,
Принесет вам только запах тленья,