Посв. М. Л. Михайлову
Гром и шум. Корабль качает;
Море темное кипит;
Ветер парус обрывает И в снастях свистит.

"The night has a thousand eyes" *
Ночь смотрит тысячами глаз, А день глядит одним;
Но солнца нет - и по земле Тьма стелется, как дым.
Ум смотрит тысячами глаз, Любовь глядит одним;

И любя, и злясь от колыбели,
Слез немало в жизни пролил я;
Где ж они - те слезы? Улетели,
Воротились к Солнцу бытия.

И в праздности горе, и горе в труде...
Откликнитесь, где вы, счастливые, где? Довольные, бодрые, где вы?
Кто любит без боли, кто мыслит без страха?
Кого не тревожит упрек или плач?

Зной - и все в томительном покое -
В пятнах света тени спят в аллее...
Только чуткой чудится лилее,
Что гроза таится в этом зное.

Вот, на каретных стеклах, в блеске
Огней и в зареве костров,
Из бледных линий и цветов
Мороз рисует арабески.

Ночь холодная мутно глядит Под рогожу кибитки моей, Под полозьями поле скрипит, Под дугой колокольчик гремит, А ямщик погоняет коней.
За горами, лесами, в дыму облаков Светит пасмурный призрак луны. Вой протяжный голодных волков
Раздается в тумане дремучих лесов.- Мне мерещатся странные сны.
Мне все чудится: будто скамейка стоит, На скамейке старуха сидит, До полуночи пряжу прядет,

В одной знакомой улице - Я помню старый дом,
С высокой, темной лестницей, С завешенным окном.
Там огонек, как звездочка, До полночи светил,
И ветер занавескою Тихонько шевелил.

Заря под тучами взошла и загорелась
И смотрит на дорогу сквозь кусты... Гляди и ты,
Как бледны в их тени поникшие цветы
И как в блестящий пурпур грязь оделась.

Заплетя свои темные косы венцом,
Ты напомнила мне полудетским лицом
Все то счастье, которым мы грезим во сне,
Грезы детской любви ты напомнила мне.