Ой, на вербе в поле
Черный ворон крячет,
У врага в неволе
Полонянка плачет.

Кайсыну Кулиеву
Ночь поземкою частой
Заметает поля.
Я пишу тебе: «Здравствуй!»

Ложишься спать, когда в четыре
Дадут по радио отбой.
Умрешь — единственная в мире
Всплакнет сирена над тобой.

Вон та
Недалекая роща,
Вся в гнездах
Крикливых грачей,

Не дитятко над зыбкою
Укачивает мамушка —
Струится речкой шибкою
Людская кровь по камушкам.

Начинается ростепель марта,
И скворец запевает — он жив...
Ты лежишь под гвардейским штандартом,
Утомленные руки сложив.

Л. К.
Нам, по правде сказать, в этот вечер
И развлечься-то словно бы нечем:
Ведь пасьянс — это скучное дело,

На окнах, сплошь заиндевелых,
Февральский выписал мороз
Сплетенье трав молочно-белых
И серебристо-сонных роз.

Месяц однорогий
Выплыл, затуманясь.
По степной дороге
Проходил германец.

Война пройдет — и слава богу.
Но долго будет детвора
Играть в «воздушную тревогу»
Среди широкого двора.