Подпишись на наш телеграм канал где публикуются романтические статусы, слова и видео со смыслом и много полезного и романтического😍

Подписаться в телеграм

Разговор с фининспектором о поэзии

Гражданин фининспектор Простите за беспокойство. Спасибо... не тревожьтесь... я постою... У меня к вам дело деликатного свойства: о месте поэта в рабочем строю.
Гражданин фининспектор! Простите за беспокойство.
Спасибо... не тревожьтесь... я постою...
У меня к вам дело деликатного свойства:
о месте поэта в рабочем строю.
В ряду имеющих лабазы и угодья
и я обложен и должен караться.
Вы требуете с меня пятьсот в полугодие
и двадцать пять за неподачу деклараций.
Труд мой любому труду родствен.
Взгляните — сколько я потерял,
какие издержки в моем производстве
и сколько тратится на материал.
Вам, конечно, известно явление «рифмы».
Скажем, строчка окончилась словом «отца»,
и тогда через строчку, слога повторив, мы
ставим какое-нибудь: ламцадрица-ца.
Говоря по-вашему, рифма — вексель.
Учесть через строчку!— вот распоряжение.
И ищешь мелочишку суффиксов и флексий
в пустующей кассе склонений и спряжений.
Начнешь это слово в строчку всовывать,
а оно не лезет — нажал и сломал.
Гражданин фининспектор, честное слово,
поэту в копеечку влетают слова.
Говоря по-нашему, рифма — бочка.
Бочка с динамитом. Строчка — фитиль.
Строка додымит, взрывается строчка,—
и город на воздух строфой летит.
Где найдешь, на какой тариф,
рифмы, чтоб враз убивали, нацелясь?
Может, пяток небывалых рифм
только и остался что в Венецуэле.
И тянет меня в холода и в зной.
Бросаюсь, опутан в авансы и в займы я.
Гражданин, учтите билет проездной!
— Поэзия — вся!— езда в незнаемое.
Поэзия — та же добыча радия.
В грамм добыча, в год труды.
Изводишь единого слова ради
тысячи тонн словесной руды.
Но как испепеляюще слов этих жжение
рядом с тлением слова-сырца.
Эти слова приводят в движение
тысячи лет миллионов сердца.
Конечно, различны поэтов сорта.
У скольких поэтов легкость руки!
Тянет, как фокусник, строчку изо рта
и у себя и у других.
Что говорить о лирических кастратах?!
Строчку чужую вставит — и рад.
Это обычное воровство и растрата
среди охвативших страну растрат.
Эти сегодня стихи и оды,
в аплодисментах ревомые ревмя,
войдут в историю как накладные расходы
на сделанное нами — двумя или тремя.
Пуд, как говорится, соли столовой
съешь и сотней папирос клуби,
чтобы добыть драгоценное слово
из артезианских людских глубин.
И сразу ниже налога рост.
Скиньте с обложенья нуля колесо!
Рубль девяносто сотня папирос,
рубль шестьдесят столовая соль.
В вашей анкете вопросов масса:
— Были выезды? Или выездов нет?—
А что, если я десяток пегасов
загнал за последние 15 лет?!
У вас — в мое положение войдите —
про слуг и имущество с этого угла.
А что, если я народа водитель
и одновременно — народный слуга?
Класс гласит из слова из нашего,
а мы, пролетарии, двигатели пера.
Машину души с годами изнашиваешь.
Говорят: — в архив, исписался, пора!—
Все меньше любится, все меньше дерзается,
и лоб мой время с разбега крушит.
Приходит страшнейшая из амортизаций —
амортизация сердца и души.
И когда это солнце разжиревшим боровом
взойдет над грядущим без нищих и калек,—
я уже сгнию, умерший под забором,
рядом с десятком моих коллег.
Подведите мой посмертный баланс!
Я утверждаю и — знаю — не налгу:
на фоне сегодняшних дельцов и пролаз
я буду — один!— в непролазном долгу.
Долг наш — реветь медногорлой сиреной
в тумане мещанья, у бурь в кипеньи.
Поэт всегда должник вселенной,
платящий на горе проценты и пени.
Я в долгу перед Бродвейской лампионией,
перед вами, багдадские небеса,
перед Красной Армией, перед вишнями Японии —
перед всем, про что не успел написать.
А зачем вообще эта шапка Сене?
Чтобы — целься рифмой и ритмом ярись?
Слово поэта — ваше воскресение,
ваше бессмертие, гражданин канцелярист.
Через столетья в бумажной раме
возьми строку и время верни!
И встанет день этот с фининспекторами,
с блеском чудес и с вонью чернил.
Сегодняшних дней убежденный житель,
выправьте в энкапеэс на бессмертье билет
и, высчитав действие стихов, разложите
заработок мой на триста лет!
Но сила поэта не только в этом,
что, вас вспоминая, в грядущем икнут.
Нет! И сегодня рифма поэта —
ласка, и лозунг, и штык, и кнут.
Гражданин фининспектор, я выплачу пять,
все нули у цифры скрестя!
Я по праву требую пядь
в ряду беднейших рабочих и крестьян.
А если вам кажется, что всего делов —
это пользоваться чужими словесами,
то вот вам, товарищи, мое стило,
и можете писать сами!
1926

Владимир Маяковский. Лирика.
Москва, "Художественная Литература", 1967.
Похожие публикации