Воспоминание в Царском Селе

Воспоминаньями смущенный, Исполнен сладкою тоской,
Сады прекрасные, под сумрак ваш священный Вхожу с поникшею главой.
Так отрок библии, безумный расточитель,
До капли истощив раскаянья фиал,
Увидев наконец родимую обитель, Главой поник и зарыдал. В пылу восторгов скоротечных, В бесплодном вихре суеты,
О, много расточил сокровищ я сердечных За недоступные мечты,
И долго я блуждал, и часто, утомленный,
Раскаяньем горя, предчувствуя беды,
Я думал о тебе, предел благословенный, Воображал сии сады. Воображаю день счастливый, Когда средь вас возник лицей,
И слышу наших игр я снова шум игривый И вижу вновь семью друзей.
Вновь нежным отроком, то пылким, то ленивым,
Мечтанья смутные в груди моей тая,
Скитаясь по лугам, по рощам молчаливым, Поэтом забываюсь я. И въявь я вижу пред собою Дней прошлых гордые следы.
Еще исполнены великою женою, Ее любимые сады
Стоят населены чертогами, вратами,
Столпами, башнями, кумирами богов
И славой мраморной, и медными хвалами Екатерининских орлов. Садятся призраки героев У посвященных им столпов,
Глядите; вот герой, стеснитель ратных строев, Перун кагульских берегов.
Вот, вот могучий вождь полунощного флага,
Пред кем морей пожар и плавал и летал.
Вот верный брат его, герой Архипелага, Вот наваринский Ганнибал. Среди святых воспоминаний Я с детских лет здесь возрастал,
А глухо между тем поток народной брани Уж бесновался и роптал.
Отчизну обняла кровавая забота,
Россия двинулась и мимо нас летят
И тучи конные, брадатая пехота, И пушек медных светлый ряд. ______________ На юных ратников взирали, Ловили брани дальний звук
И детские лета и . . . . . проклинали И узы строгие наук.
И многих не пришло. При звуке песней новых
Почили славные в полях Бородина,
На кульмских высотах, в лесах Литвы суровых, Вблизи Монмартра . . . . . .
1829

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах.
Санкт-Петербург: Золотой век, Диамант, 1997.