День отдыха

Когда в июнь часов с восьми
жестокий врежется жасмин
тяжелой влажью веток,
тогда — настало лето.
Прольются волны молока,
пойдут листвою полыхать
каштанов ветви либо —
зареющие липы.
Тогда, куда бы ты ни шел,
шумит Москвы зеленый шелк,
цветков пучками вышит,
шумит, горит и дышит!
Не знаю, как и для кого,
но мне по пятидневкам
Нескучный машет рукавом,
зовет прохладным эхом;
и в полдень, в самую жару —
кисейный полог света —
скользят в Серебряном бору
седые тени с веток.
Как хорошо часов с пяти
забраться в тень густую!
В Москве — хоть шаром покати,
Москва тогда пустует.
И вдруг нахлынет пестрый гам
людским нестройным хором
и понесется по лугам,
по Воробьевым горам.
Мне хорошо с людьми, когда
они спешат на отдых,
и плещет ласково вода
в борты бегущих лодок.
Мне хорошо, когда они,
размяв от ноши плечи,
разложат мирные огни
в голубоватый вечер.
А на окраинах уже,
по стыкам рельс хромая,—
чем вечер позже и свежей —
длинней ряды трамваев;
они настойчиво звенят,
зовут нетерпеливо
нести домой нас, как щенят,
усталых и счастливых.
1928

Николай Асеев. Стихотворения и поэмы.
Библиотека поэта. Большая серия.
Ленинград: Советский писатель, 1967.