У отворенных у ворот лесных, откуда пахнет сыростью, где звуки стекают по стволам, стоит лесник, и у него  мои глаза и руки.
У отворенных у ворот лесных,
откуда пахнет сыростью, где звуки
стекают по стволам, стоит лесник,
и у него — мои глаза и руки.
Магическое два. Его высоты, его глубины... Как мне превозмочь Два сокола, два соболя, две сойки, закаты и рассветы, день и ночь,
Магическое «два». Его высоты,
его глубины... Как мне превозмочь?
Два сокола, два соболя, две сойки,
закаты и рассветы, день и ночь,
Я видел удивительную, красную, огромную луну, подобную предпразничному первому помятому блину, а может быть, ночному комару, что в свой черед легко взлетел в простор с лесныx болот.
Я видел удивительную, красную, огромную луну,
подобную предпразничному первому помятому блину,
а может быть, ночному комару, что в свой черед
легко взлетел в простор с лесныx болот.
Кричат за лесом электрички, от лампы - тени по стене, и бабочки, как еретички, горят на медленном огне.
Кричат за лесом электрички,
от лампы - тени по стене,
и бабочки, как еретички,
горят на медленном огне.
В. Федорову Во дворе, где каждый вечер все играла радиола, где пары танцевали, пыля, ребята уважали очень Леньку Королева
В. Федорову
Во дворе, где каждый вечер все играла радиола,
где пары танцевали, пыля,
ребята уважали очень Леньку Королева
Вл. Мотылю В раннем детстве верил я, что от всех болезней капель Датского короля
Вл. Мотылю
В раннем детстве верил я,
что от всех болезней
капель Датского короля
На дне глубокого корыта так много лет подряд не погребенный, не зарытый искала прачка клад.
На дне глубокого корыта
так много лет подряд
не погребенный, не зарытый
искала прачка клад.
Е.Рейну Из окон корочкой несет поджаристой. За занавесками  мельканье рук. Здесь остановки нет, а мне  пожалуйста:
Е.Рейну
Из окон корочкой несет поджаристой.
За занавесками — мельканье рук.
Здесь остановки нет, а мне — пожалуйста:
Земля изрыта вкривь и вкось. Ее, сквозь выстрелы и пенье, я спрашиваю: Как терпенье Хватает Не оборвалось
Земля изрыта вкривь и вкось.
Ее, сквозь выстрелы и пенье,
я спрашиваю: «Как терпенье?
Хватает? Не оборвалось —
Я строил замок надежды. Строил-строил. Глину месил. Холодные камни носил. Помощи не просил. Мир так устроен: была бы надежда  пусть не хватает сил.
Я строил замок надежды. Строил-строил.
Глину месил. Холодные камни носил.
Помощи не просил. Мир так устроен:
была бы надежда — пусть не хватает сил.