Снятся усталым спортсменам рекорды.
Снятся суровым поэтам слова.
Снятся влюбленным
в огромном городе

Нет погоды над Диксоном. Есть метель.
Ветер есть.
И снег.
А погоды нет.

Не убий!—
в полумраке грошовые свечи горят...
Из глубин
возникают слова и становятся в ряд.

Не верю в принцесс на горошинах.
Верю
в старух на горошинах.
Болезнями огорошенных.

Нахожусь ли в дальних краях,
ненавижу или люблю -
от большого,
от главного я -

Надо верить в обычное.
Надо рассчитывать здраво.
У поэтов
с убийцами,

Над головой созвездия мигают.
И руки сами тянутся к огню...
Как страшно мне, что люди привыкают,
открыв глаза,

Наверно, будут глохнуть историки,
копаясь в тоннах
нашей риторики...
Но — сквозь любую наносную муть,

На Земле безжалостно маленькой
жил да был человек маленький.
У него была служба маленькая.
И маленький очень портфель.

Мне гидролог говорит:
- Смотри!
Глубина сто девяносто три!-
Ох, и надоела мне одна