Когда тревогою бесплодной
Моя душа утомлена,
И я брожу в тоске холодной,
И жизнь мне кажется скучна,

(Подражание Гейне)
Отравляясь никотином,
Отравляясь алкоголем,
С неизвестным господином

Как жадно слушал я признанья
Любви глубокой и святой!
О, как ты полон упованья!
О, как ты бодр еще душой!

Огни, и музыка, и бал! Красавиц рок, кружась, сиял. Среди толпы, кавказский воин, Ты мне казался одинок! Твой взгляд был грустен и глубок
От тайного движенья неспокоен. Тупой ли долг, любви ль печаль Тебя когда-то гнали вдаль? Или безвыходное горе? Иль жажда молодой мечты — Увидеть горные хребты
И посмотреть на юг и сине море? И, возвратясь из тех сторон, Ты, может, мыслью удручен, Что — раб безумия и века — Ты на войне был палачом, И стало жаль тебе потом,
Что ни с чего зарезал человека? А впрочем, может быть, что ты — Питомец праздной пустоты — Сидел усталый и бездушный, А я сочувствие к тебе Смешно натягивал в себе —

Выпьем, что ли, Ваня, С холода да с горя;
Говорят, что пьяным По колено море,
У Антона дочь-то Девка молодая:
Очи голубые, Славная такая!

К подъезду!- Сильно за звонок рванул я -
Что, дома?- Быстро я взбежал наверх.
Уже ее я не видал лет десять;
Как хороша она была тогда!

На наш союз святой и вольный -
Я знаю - с злобою тупой
Взирает свет самодовольный,
Бродя обычной колеей.

Мое надгробное
Несмотря на все пороки,
Несмотря на все грехи,
Был я добрым человеком

1 18 декабря, вечером
Хочу еще письмо писать
От делать нечего и скуки
И время длинное разлуки

Расстались мы - то, может, нужно,
То, может, должно было нам,-
Уж мы давно не делим дружно
Единой жизни пополам.