Когда, в смятенный час заката,
Судьба вручила нам двоим
Напиток нежный и проклятый,
Предназначавшийся другим,-

Мгновенья нет, есть память. Слух полночный
Сквозь вздох крови и благовест цветочный
Вдруг различит тоскливый некий звук
Невидимых орбит (так майский жук

Ласточки под кровлей черепичной
Чуть журчат, стрекочут тополя.
Деловито на оси привычной
Поворачивается земля.

Ты, чье сердце - гранит, чьих ушей серебро - колдовское литье,
Унесла ты мой ум, унесла мой покой и терпенье мое!
Шаловливая пери, тюрчанка в атласной кабо,
Ты, чей облик - луна, чье дыханье - порыв, чей язык - лезвие!

Так живи, чтоб сам ты смертью был избавлен от живых,
А не так живи, чтоб смертью от себя избавить их.

Из вихря, холода и света
Ты создал жизнь мою, господь!
Но чтобы песнь была пропета,
Ты дал мне страждущую плоть.

И снежинки, влетевшие в столб чужого огня,
К человеческой нежности возвращают меня.
И в ручье, вечно плещущем непостижно куда,
Человеческой нежности раскололась звезда.

Земля! Когда грудь задохнется
Отчаяньем, едким как дым,-
Повей из родного колодца
В нее шелестящим ночным

I
Хор жаворонков в синей вышине
Трепещет крылышками. Сердце мне -
Все радостней, беспечней, поднебесней -

1. Серый дворик
Серый дворик завален рухлядью. Облачно-бледен Голубоватый денек. Желоб свисает с крыльца.
Гусь и гусыня стоят над лоханью с объедками: шеи Вылиты из серебра, крылья - узорная чернь.
От пирамидки стволов березовых льется атласный Мягко-развеянный свет на обомшелый забор.