Подпишись на наш телеграм канал где публикуются романтические статусы, слова и видео со смыслом и много полезного и романтического😍❤

Подписаться в телеграм
Я бессмертен, пока я не умер, И для тех, кто еще не рожден, Разрываю пространство, как зуммер Телефона грядущих времен.
Я бессмертен, пока я не умер,
И для тех, кто еще не рожден,
Разрываю пространство, как зуммер
Телефона грядущих времен.
Куда меня ведет подруга - Моя судьба, моя судьба Бредем, теряя кромку круга И спотыкаясь о гроба.
Куда меня ведет подруга -
Моя судьба, моя судьба?
Бредем, теряя кромку круга
И спотыкаясь о гроба.
Свободы нет в природе, Ее соблазн исчез, Не надо на свободе Смущать ноябрьский лес.
Свободы нет в природе,
Ее соблазн исчез,
Не надо на свободе
Смущать ноябрьский лес.
Когда б на роду мне написано было Лежать в колыбели богов, Меня бы небесная мамка вспоила Святым молоком облаков, И стал бы я богом ручья или сада, Стерег бы хлеба и гроба,- Но я человек, мне бессмертья не надо: Страшна неземная судьба.
Когда б на роду мне написано было Лежать в колыбели богов,
Меня бы небесная мамка вспоила Святым молоком облаков,
И стал бы я богом ручья или сада, Стерег бы хлеба и гроба,-
Но я человек, мне бессмертья не надо: Страшна неземная судьба.
За то, что на свете я жил неумело, За то, что не кривдой служил я тебе, За то, что имел небессмертное тело, Я дивной твоей сопричастен судьбе.
За то, что на свете я жил неумело,
За то, что не кривдой служил я тебе,
За то, что имел небессмертное тело,
Я дивной твоей сопричастен судьбе.

Зеленые рощи, зеленые рощи, Вы горькие правнуки древних лесов, Я  брат ваш, лишенный наследственной мощи, От вас ухожу, задвигаю засов.
Зеленые рощи, зеленые рощи,
Вы горькие правнуки древних лесов,
Я — брат ваш, лишенный наследственной мощи,
От вас ухожу, задвигаю засов.
До сих пор мне было невдомек - Для чего мне звездный каталог В каталоге десять миллионов Номеров небесных телефонов,
До сих пор мне было невдомек -
Для чего мне звездный каталог?
В каталоге десять миллионов
Номеров небесных телефонов,
В то лето народное горе Надело железную цепь, И тлела по самое море Сухая и пыльная степь, И под вечер горькие дали, Как душная бабья душа, Багровой тревогой дышали И бога хулили, греша. А утром в село на задворки Пришел дезертир босиком, В белесой своей гимнастерке, С голодным и темным лицом. И, словно из церкви икона, Смотрел он, как шел на ущерб По ржавому дну небосклона Алмазный сверкающий серп.
В то лето народное горе Надело железную цепь, И тлела по самое море Сухая и пыльная степь,
И под вечер горькие дали, Как душная бабья душа, Багровой тревогой дышали И бога хулили, греша.
А утром в село на задворки Пришел дезертир босиком, В белесой своей гимнастерке, С голодным и темным лицом.
И, словно из церкви икона, Смотрел он, как шел на ущерб По ржавому дну небосклона Алмазный сверкающий серп.
Записал я длинный адрес на бумажном лоскутке, Все никак не мог проститься и листок держал в руке. Свет растекся по брусчастке. На ресницы и на мех, И на серые перчатки начал падать мокрый снег.
Записал я длинный адрес на бумажном лоскутке,
Все никак не мог проститься и листок держал в руке.
Свет растекся по брусчастке. На ресницы и на мех,
И на серые перчатки начал падать мокрый снег.
Кто, еще прозрачный школьник, Учит Музу чепухе И торчит, как треугольник, На шатучем лопухе
Кто, еще прозрачный школьник,
Учит Музу чепухе
И торчит, как треугольник,
На шатучем лопухе?