Прощай, холодный и бесстрастный,
Великолепный град рабов,
Казарм, борделей и дворцов,
С твоею ночью гнойно-ясной,

Прощай, прощай! О, если б знала ты,
Как тяжело, как страшно это слово...
От муки разорваться грудь готова,
А в голове больной бунтуют снова

Прощай и ты, последняя зорька, Цветок моей родины милой,
Кого так сладко, кого так горько Любил я последнею силой...
Прости-прощай ты и лихом не вспомни Ни снов тех безумных, ни сказок,
Ни этих слез, что было дано мне Порой исторгнуть из глазок.

Прости меня, мой светлый серафим,
Я был на шаг от страшного признанья;
Отдавшись снам обманчивым моим,
Едва я смог смирить в себе желанье

I only know - we loved in vain - I only feel - farewell, farewell! Byron*
Прости!.. Покорен воле рока,
Без глупых жалоб и упрека,
Я говорю тебе: прости!

Проходят годы длинной полосою,
Однообразной цепью ежедневных
Забот, и нужд, и тягостных вопросов;
От них желаний жажда замирает,

And lives as saints have died — a martyr. Byron * 1
Он умирал один, как жил,
Спокойно горд в последний час;
И только двое было нас,

1 Песня в пустыне
Пускай не нам почить от дел
В день вожделенного покоя -
Еговы меч нам дан в удел,

1 Ты веришь ли в силу страданья,
Ты веришь ли в право святого восстанья,
Ты веришь ли в счастье и в небо, дитя?
О, если ты веришь - со мною, за мною!

В больной груди носил он много, много
Страдания,- но было ли оно
В нем глубоко и величаво-строго,
Или в себя неверия полно -