Какой порядок ни затей,
Но если он в руках бессовестных людей, Они всегда найдут уловку,
Чтоб сделать там, где им захочется, сноровку. ________
В овечьи старосты у льва просился волк. Стараньем кумушки-лисицы Словцо о нем замолвлено у львицы.

Мартышка к старости слаба глазами стала; А у людей она слыхала, Что это зло еще не так большой руки: Лишь стоит завести Очки.
Очков с полдюжины себе она достала; Вертит Очками так и сяк:
То к темю их прижмет, то их на хвост нанижет, То их понюхает, то их полижет; Очки не действуют никак.
"Тьфу пропасть! - говорит она,- и тот дурак, Кто слушает людских всех врак: Всё про Очки лишь мне налгали; А проку на-волос нет в них". Мартышка тут с досады и с печали О камень так хватила их, Что только брызги засверкали. ___ К несчастью, то ж бывает у людей:

Мальчишка, думая поймать угря,
Схватил Змею и, воззрившись, от страха
Стал бледен, как его рубаха.
Змея, на Мальчика спокойно посмотря:

Лягушкам стало не угодно Правление народно,
И показалось им совсем не благородно Без службы и на воле жить. Чтоб горю пособить, То стали у богов Царя они просить.
Хоть слушать всякий вздор богам бы и не сродно,
На сей, однако ж, раз послушал их Зевес:

Лягушка, на лугу увидевши Вола,
Затеяла сама в дородстве с ним сравняться: Она завистлива была.
И ну топорщиться, пыхтеть и надуваться.
"Смотри-ка, квакушка, что, буду ль я с него?"-

"Приятель дорогой, здорово! Где ты был?" -
"В Кунсткамере, мой друг! Часа там три ходил; Все видел, высмотрел; от удивленья, Поверишь ли, не станет ни уменья Пересказать тебе, ни сил. Уж подлинно, что там чудес палата!
Куда на выдумки природа таровата!
Каких зверей, каких там птиц я не видал! Какие бабочки, букашки, Козявки, мушки, таракашки!

В прекрасный летний день, Бросая по долине тень,
Листы на дереве с зефирами шептали,
Хвалились густотой, зеленостью своей
И вот как о себе зефирам толковали:

"Куда так, кумушка, бежишь ты без оглядки?"- Лисицу спрашивал Сурок. "Ох, мой голубчик-куманек!
Терплю напраслину и выслана за взятки.
Ты знаешь, я была в курятнике судьей, Утратила в делах здоровье и покой, В трудах куска не доедала, Ночей не досыпала: И я ж за то под гнев подпала;
А все по клеветам. Ну, сам подумай ты:

Голодная кума Лиса залезла в сад, В нем винограду кисти рделись. У кумушки глаза и зубы разгорелись;
А кисти сочные как яхонты горят; Лишь то беда, висят они высоко: Отколь и как она к ним ни зайдет, Хоть видит око, Да зуб неймет. Пробившись попусту час целой,
Пошла и говорит с досадою: "Ну, что ж! На взгляд-то он хорош, Да зелен - ягодки нет зрелой: Тотчас оскомину набьешь".
<1808>

Зимой, ранехонько, близ жила,
Лиса у проруби пила в большой мороз.
Меж тем оплошность ли, судьба ль (не в этом сила), Но — кончик хвостика Лисица замочила, И ко льду он примерз. Беда не велика, легко б ее поправить: Рвануться только посильней
И волосков хотя десятка два оставить, Но до людей Домой убраться поскорей. Да как испортить хвост? А хвост такой пушистый, Раскидистый и золотистый! Нет, лучше подождать — ведь спит еще народ; А между тем авось и оттепель придет, Так хвост от проруби оттает. Вот ждет-пождет, а хвост лишь боле примерзает. Глядит — и день светает, Народ шевелится, и слышны голоса. Тут бедная моя Лиса Туда-сюда метаться;