Где-то чавкает вязкая глина,
и, как было во веки веков,—
разговор журавлиного клина
замирает среди облаков.

Вчерашний дождь
последний лист багряный
сорвал с деревьев, рощи оголя.
Я вышла через заросли бурьяна

Всегда так было
и всегда так будет:
ты забываешь обо мне порой,
твой скучный взгляд

Все в доме пасмурно и ветхо,
скрипят ступени, мох в пазах...
А за окном - рассвет
и ветка

Все было до меня: десятилетья
того, что счастьем называем мы.
Цвели деревья,
вырастали дети,

Вот уеду, исчезну,
на года, навсегда,
кану в снежную бездну,
пропаду без следа.

Вот и город. Первая застава.
Первые трамваи на кругу.
Очень я, наверное, устала,
если улыбнуться не могу.

Вот говорят: Россия...
Реченьки да березки...
А я твои руки вижу,
узловатые руки,

Воздух пьяный - нет спасения,
с ног сбивают два глотка.
Облака уже весенние,
кучевые облака.

Туч взъерошенные перья.
Плотный воздух сыр и сер.
Снег, истыканный капелью,
по обочинам осел.